Category: психология

молоко

(no subject)

Забавное наблюдение. После полутора месяцев жизни в родном городе мне нужен психотерапевт. Эмоции раздирают меня в клочья, я плачу, я сентиментальна, я полна зависти, я полна нежности, я полна имперской неприязни к провинции - и я полна любви. Такое ощущение, что я психологически вернулась на 20 лет назад, но понимаю, что мне это уже не нужно. И знаете, что самое плохое? Я теперь не знаю, что мн нужно. ( слёзы потоками)
Buy for 200 tokens
Buy promo for minimal price.
молоко

5 главных работающих принципов практической психологии




Вот 5 принципов для практического психолога согласно теории К.- Г. Юнга. Пользуйтесь. Это работает!
==============================================

Как оказать поддержку человеку в ситуации психологического дискомфорта, а также укрепить и гармонизировать отношения с людьми.

1. Если вы видите, что человек напряжен, нужно сказать ему:
Collapse )
молоко

Лесбиянки атакуют


Хелен Ричардсон (слева) и Паула Холланд (справа)

Две закоренелые лесбиянки в возрасте подали в суд на соседа. Он зверски издевается над ними. Их жизнь в тихом Саутгемптоне стала невыносимой из-за соседа - сексиста и ненавистника сексуальных меньшинств.

То есть, какое-то время сосед скрывал свою нетолерантную харю. Как ни странно, маска цивилизованного человека слетела с него благодаря петуху.

Дело в том, что Хелен и Ирма завели кур. Ну, и петуха, без него пока не получается. А петух по утрам громко кукарекает. Это-то кукареканье и довело соседа до гомофобии. Уж он просил-просил женщин избавиться от птицы, но они ни в какую


Гомофоб

Месть гомофоба была страшна.Collapse )
Стыдно

Нарциссизм: эпидемия постмодерна

Лонни Джарретт. Перевод: Евгений Пустошкин

Распространённость нарциссизма обрела такие эпидемические масштабы, что, на самом деле, его хотели убрать из перечня диагностических категорий в пятой редакции «Диагностического и статистического справочника психических расстройств» (DSM-V), определив, что он слишком часто встречается, чтобы представлять собой отдельное расстройство.1 Попросту говоря, нарциссизм означает патологическую сфокусированность на самом себе. «Патологичность» в данном случае означает, что нарциссизм приносит ненужные страдания как самому человеку, так и другим людям.

Феномен нарциссизма — это континуум, включающий на одном конце спектра тех, кто подходит под традиционное психиатрическое описание нарциссического расстройства личности (при котором индивид обладает напоминающим манию величия чувством собственной важности), а на другом — тех, кому свойственна обычная поглощённость собой, которая преобладает в нашей культуре.



Сознание — это поле бесконечных масштабов. В нарциссизме эго фокусирует это поле исключительно на конечном личностном измерении опыта таким образом, что это приводит к гиперраздутом чувстве своего «я». Сознание — это топливо, обращающее потенциальное в реальное, так что то, на чём мы фокусируем сознание, есть то, во что мы вдыхаем жизнь. Следовательно, страдающий нарциссизмом человек действует исключительно из своекорыстных мотивов, видит всё и всех как вырезанную «двумерную картонку», являющуюся отражением его собственного «я» и служащую исключительно удовлетворению его потребностей.

Можно установить наличие нарциссизма, когда внимание человека сфокусировано в относительно большей степени на голосе в его собственной голове, нежели на словах, исходящих из уст людей, которых он слушает. Держу пари, что это обычный опыт для большинства людей во время разговора, когда они с нетерпением ждут, чтобы другой человек закончил говорить, дабы получить возможность озвучить своё собственное мнение. Давным-давно я осознал, что во время моих лекций студенты слушают то, что сами думают по поводу моих слов, а не «отпускают» всё, дабы послушать, что я им действительно сообщаю.

Одним из самых ярких примеров нарциссизма, который я когда-либо видел, встретился мне в лице студентки, которая описывала, как узнала, что у её брата обнаружили лимфому. Она плакала и явно находилась в смятении. Я сказал ей, что сожалею о том, что с ним случилось, и желаю ему лучшего исхода из возможных. Её же ответом было: «Да вы вообще представляете себе, что это будет означать для меня?! Мне придётся смотреть за его детьми, помогать с шоппингом, у меня просто нет на это всё времени!»

Идея, что «это моя мысль, это моё чувство, следовательно оно важно», лежит в фундаменте нарциссизма

Хотя, наверняка, и есть какое-то тонкое разграничение между клинически диагностированным нарциссистом и остальными людьми, мой собственный опыт показывает, что большинство из нас уделяют незаслуженно большое внимание своим собственным мыслям и чувствам. Нарциссизм неотъемлемо присущ движению ума, в процессе которого происходит отождествление с мыслью или чувством и приписывание им значимости просто по той лишь одной причине, что «я» и есть тот, кто всё это испытывает. И при этом, если бы кто-то ещё сообщил мне о подобной мысли или чувстве в моём присутствии, я бы отнёсся к ним без особой серьёзности или даже обиделся. Идея, что «это моя мысль, это моё чувство, следовательно оно важно», лежит в фундаменте нарциссизма.



Может быть полезно рассмотреть проблему возникновения нарциссизма в эволюционном контексте. Если очень широко обобщать, мы можем представить себе, что сознание, осуществляя проект творения, забылось в течение 14 млрд лет продвижения через мёртвую материю.2 В не слишком отдалённом прошлом первобытные люди, подобно животным, были всецело погружены в природу, не обладая никаким чувством уникального «я», которое было бы сколь-нибудь отделено от природы. Рождение саморефлексирующего осознавания принесло человеку уникальную способность отступать на шаг и лицезреть самого себя, тем самым получая возможность для саморефлексии («я знаю, что я знаю, что я знаю»). По мере эволюционного развития культуры люди становились всё более отрешёнными от своего непосредственного окружения, что открывало перед ними способность видеть себя отделёнными и отличными от всей остальной природы.

Интересно поразмыслить над тем, что мы, люди, покупающие еду в супермаркетах (я могу достать клубнику в феврале) и имеющие терморегуляторы в домах и машинах, более отрешены от природы, чем наши предки из разных культур. На уровне культуры, который я здесь рассматриваю, индивид намного более погружён в культуру (как фактор бессознательного влияния), чем в природу. И его опыт, по меньшей мере, в равной степени (если не в большей) опосредуется культурой, как и природой.

Даосы осознавали это движение от природы, описывая древних мудрецов как диких животных. Они писали о цивилизации (нападая на конфуцианцев) как об отпадении от добродетели (de: 德) и спонтанности (ziran: 自然), присущих природе.3 Та же самая тема присутствует и в библейской истории сотворения Адама и Евы, которые, получив знание о себе, были изгнаны из рая.

Утверждение Декарта «я мыслю, следовательно — существую» является мощным выражением разума, видящего себя в центре вселенной. Это осознание послужило базисом научного рационализма, позволившего людям высвободиться из-под влияния суеверий и мифов, свойственных великим традициям. С развитием модернизма отношение человека к себе и другим стало однозначно абстрактным, в то время как редукционистская и материалистическая наука рассматривала людей как «мягкие машины». Объективизация человечности достигла своего пика в холокосте — движении, которому способствовало бурное развитие технологий, массового транспорта и которое подпитывалось этноцентрическим национализмом. Объективизация природы привела, по всей видимости, и к необратимому разрушению окружающей среды.

После Второй мировой войны послевоенное поколение «бейби-бумеров» воспитывалось родителями, которые были намерены сделать так, чтобы их дети никогда не столкнулись со страданием и жертвами, которые пережили они в победе над Германией. Эту перспективу можно понять, но всё же, в попытке защитить новое поколение от страданий, эти дети были лишены ценного опыта — необходимости приносить жертву во имя цели более высокой, чем избегание страхов и стремление к удовлетворению желаний эго.



Обычной является фраза, которую родители говорят своим детям: «Это твоя жизнь. Ты можешь делать всё, что хочешь делать, и быть всем, чем хочешь быть. Мир — твоя устричная раковинка».4 Детям, которые в чём-то преуспели, говорят, какие они талантливые и особенные, вместо того чтобы поощрять их за тот тяжёлый труд, который они выполнили, чтобы достичь чего-то. Акцент делается на формировании «высокой самооценки», а не прочувствованном ощущении ответственности за правильное усердие. Детей поощряют просто за то, что они проявили себя, а не за то, что они в этом преуспели. Для любого родителя естественно смотреть в глаза своего ребёнка и видеть «самое красивое дитя, которое когда-либо рождалось на свет». С аналитической перспективы, можно признать, что подобная реакция есть немногим большее, чем отождествление ума с примитивными психическими структурами, возникающими в результате глубоко засевшего биологического обусловливания. Когда мы пробуждаемся к реальности единства, то осознаём, что в мире есть только одно дитя.5

Когда мы пробуждаемся к реальности единства, то осознаём, что в мире есть только одно дитя

Расцвет постмодернизма в 1960-е принёс с собой эпоху гражданских прав, воспевания многообразия и идею, что уникальная индивидуальность является предельным выражением универсального развития. Кредо «у вас своя истина, у меня своя, и никому не дана предельная истина» возносит релятивизм в разряд предельного принципа.6 Теория относительности Эйнштейна, которую можно интерпретировать как утверждение о том, что всё восприятие находится в соотнесённости с тем, кто воспринимает, было деформировано в перспективу, будто каждый индивид живёт в своей собственной вселенной — вселенной, являющейся, дескать, проекцией его собственного сознания, не имеющей никакой внешней реальности и независимого существования, достоверности или истинности.

Индивидуальное сознание не может занять позицию большей отстранённости от материи, чем когда видит себя центром и творцом своей уникальной реальности. Это настолько засело у нас в головах, что наш разум видит даже собственно тело как «другого», что приводит к фундаментальному расщеплению идентичности с тяжёлыми последствиями для здоровья личности, культуры и биосферы. Я вижу иронию в том, что психотерапия в прошлом веке стала превалирующей формой исцеления в благополучных классах населения. Ирония состоит в том, что психотерапии по большей части фокусируется на поощрении того, чтобы индивид говорил о себе таким образом, который глубоко закрепляет иллюзию эго о своей уникальности, особенности и определённости своими ранами.

На более высоких холистических и интегральных уровнях развития эволюция завершает полный круг с возникновением продвинутой теории систем и большим признанием взаимосвязанности между единым и множественным.7 Пройдя настолько далеко, насколько возможно, в своём отстранении от материи, сознание продолжает своё циклическое движение в направлении превосхождения, или трансценденции, иллюзии личностного, и пробуждения к универсальным измерениям самости; оно начинает интересоваться высшими потенциалами близости и коллективного эмерджентного возникновения. Значимое измерение лечения постмодернистски ориентированных пациентов состоит в том, чтобы сделать всё необходимое, дабы на достаточно долгое время переключить их внимание с личностной сферы, чтобы они пришли к осознаванию более глубоких и высоких измерений самости.8

Хорошие новости состоят в том, что, если человек сумеет преуспеть в этом даже на малую долю секунды, этого может быть достаточно, чтобы создать совершенно иной контекст в рамках видения пациентом своего «я». Этот контекст настолько кардинально отличается, настолько не центрирован на «я», что он потенциально может переопределить весь его жизненный опыт. Плохие новости, конечно же, состоят в том, что отвлечь внимание эго от личностного невозможно. Почему? Потому что, по моему определению данного термина, «эго» и есть та сила, которая фокусирует осознавание исключительно на личностной сфере опыта и отвергает более глубокие и высокие измерения самости, такие как душа, совесть и дух.

Возможно, тончайшим навыком в медицине является культивирование способности работать с аутентичным, или подлинным, «я» пациента ­— той его частью, которая универсальна в своей размерности, не ранена, не является жертвой, но выражает себя как бо́льшая забота о целом. Как практикующие профессионалы, мы сможем это сделать только в той степени, в какой мы сами превзошли собственный нарциссизм и объяли в себе эти более глубокие и высокие измерения самости.
Примечания

1 «The Diagnostic and Statistical Manual of Mental Disorders» (DSM-V) является стандартным классификатором психических расстройств, используемым американскими специалистами в сфере психического здоровья. ↩
2 Процесс утраты сознанием самого себя в материи называется «инволюцией». «Эволюция» же есть процесс пробуждения сознания к самому себе через материю. ↩
3 Как следствие, конфуцианская добродетель «благожелательности» (ren: 仁) обсуждалась как отход от даосской добродетели дэ (德). ↩
4 Мне самому это сказал стоматолог, когда мне было 16 лет. ↩

5 Это чувство красиво выразил один мой израильский друг, написавший в Facebook’е о своём наблюдении, что его гораздо больше трогает, когда он слышит о смерти израильского ребёнка, чем о смерти палестинского ребёнка. Он рассуждал о необходимости разобраться с этим расхождением в свете его понимания, что ценность и того, и другого ребёнка равна. Интересно, что такая откровенность навлекла на него раздражение со стороны исследователя конфуцианского учения, цитировавшего учение Конфуция о естественных взаимоотношениях между родителями и детьми для оправдания своей этноцентрической реакции. Достаточно сказать, что, хотя в конфуцианстве есть множество достойных уважения качеств, оно базировалось на крайне этноцентрической и мифоцентрической форме сознания и в значительной мере поддерживало то, что мы теперь понимаем как подавляющую иерархию доминирования. ↩
6 Для людей, ещё не достигших плюралистического уровня развития, подобное осознание будет шагом вперёд. Например, в мире будет больше блага, если фундаменталисты разного толку научатся удерживать множество перспектив одновременно и ценить их относительные истины. ↩
7 Когда я говорю о «продвинутой теории систем», я указываю, к примеру, на нашу способность понимать систему пяти элементов с голографической и интегральной точки зрения, а также Collapse )
молоко

Пирамида Фейсбука



Я, правда, думаю, что это пирамида всех соцсетей. Если кто не в курсе, был такой ученый Абрам Маслов, семья которого в начале ХХ века переехала из Киевской губернии в США. Там весто Абрама Самуиловича Маслова появился Абрахам Харольд Маслоу.

Этот Абрахам придумал некую диагррамму, представляющую иерархию человеческих ценностей, знаменитую пирамиду Маслоу. Его модель иерархии потребностей нашла широкое применение в экономике, занимая важное место в построении теорий мотивации и поведения потребителей. Вот такая



Иерархия человеческих потребностей по Абрахаму Маслоу.
Ступени (снизу вверх):
1. Физиологические
2. Безопасность
3. Любовь/Принадлежность к чему-либо
4. Уважение
5. Познание
6. Эстетические
7. Самоактуализация
Причём последние три уровня: «познание», «эстетические» и «самоактуализация» в общем случае называют «Потребностью в самоактуализации» (Потребность в личностном росте)

У меня чё-т нет потребности в личносином росте. Нет от слова вообще. Плохо у меня, видать, с самоактуализаций :( Плакаю. Пойду читать про князя Кропоткина, одного из великих гениев России, о котором большинство знает только "Анархия - мать порядка"
молоко

Великие психологические эксперименты: семь слов доктора Вундта

Оригинал взят у med_history в Великие психологические эксперименты: семь слов доктора Вундта
Wilhelm Wundt / Gemaelde nach Fotografie - Wilhelm Wundt / Painting after photo -


Почему в рекламных блоках используется не более девяти смысловых единиц, хорошо запоминаются телефоны без префикса, а в веб-дизайне хорошим тоном считается не включать в основное меню сайта слишком много разделов? Все дело в числе семь, которое играет важнейшую роль в жизни человечества. И, кстати, при этом никакой магии – сплошная наука.

Ведь эта самая семерка стала одним из первых результатов первых настоящих экспериментов молодой науки психологии.

Еще 150 лет для изучения такого понятия, как «душа» или «сознания» предполагалось всего лишь несколько инструментов. Либо обратить сознание на себя, фактически предаваясь медитации, либо рассуждать на эту тему. Так продолжалось до тех пор, пока на научную сцену не вышел ординарный профессор Лейпцигского университета Вильгельм Вундт. Этот человек решил применить к психологии главный прием естественных наук – эксперимент.

Надо сказать, что Вундт был даже по тем временам скучным и очень «правильным» человеком. В его жизни все было упорядочено – и работа, и личная жизнь. По воспоминаниям его жены Софи, он все время придерживался точного распорядка. Утром – писал, днем посещал cотрудников и лаборатории (не более 10 минут на каждого), затем – прогулка и лекция, вечером – прием гостей, музицирование и разговоры о политике.

Но именно эта упорядоченность позволила ему столь же методично перевести психологию на экспериментальные рельсы.

c5a7f7f672942768c1132166685f0461.jpg

Лаборатория Вундта

Первые психологические эксперименты зрелищностью не отличались. Скажем прямо, для современного человека они показались бы откровенно скучными. Представьте себе типичный кабинет Лейпцигского университета. 1879 год. На столе стоит самый обычный метроном, он же практически первый психологический прибор, перед ним сидит человек. При помощи такого нехитрого прибора Вундт исследует свойства сознания. Вундт старался измерить объем сознания (как он сам писал). Его интересовало, сколько простых, «элементарных» впечатлений может уместиться в сознании одновременно.
Испытуемым в первой психологической лаборатории с небольшим промежутком предъявлялись два одинаковых ряда звуков и предлагалось определить, одинаковые ли это были звуки? Считать стимулы запрещалось – их надо было просто слушать и воспринимать каждый ряд целостно.
Оказалось, что удары метронома воспринимались, как разные звуки – наподобие тиканья часов: “тик-так”. Хотя, конечно, никакого “тик” и “так” этот прибор не издавал – все его щелчки были одинаковыми. Но Вундт объяснил это феноменом “ритмичности” сознания – тенденции к образованию групп из отдельных элементов.

Collapse )