my_sea (mysea) wrote,
my_sea
mysea

Categories:

История с асторологией, гаремом, придворными дамами и месье д'Артаньяном

«Некоторое время», о котором говорил переводчик, растянулось на несколько месяцев.
Перс снова обосновался в Шарантоне, во Дворце послов, и король выплачивал ему 500 ливров ежедневно на его личное содержание и на его многочисленную свиту. Дворец был просто переделан во дворец из «Тысячи и одной ночи», и в этой совершено феерической атмосфере графиня де Леспине каждый день играла с огнем. Женщины боготворили Ризу-бея. Особенным удовольствием были маленькие интимные приемы, которые устраивал для дам любезный бей. Иногда в качестве угощения посол приказывал приготовить рисовые шарики с шафраном, маленькие кусочки курицы или куропатки, и всегда на ковре стояли в драгоценных вазах пирамиды фруктов, которыми угощались лакомки. Кто читал мои постинги про гарем, хорошо себе эту картину представляют, да? :)




Графиня Леспене приезжала сразу после полудня, всегда в сопровождении своей матери, во избежание сплетен, но, если другие дамы удалялись в обеденный час, то Аделаида покидала Шарантон только перед наступлением ночи.
Однажды Риза-бей задумал показать своим гостьям танцы в исполнении женщин из своего гарема. Аделаида нашла эти танцы немного вульгарными ( ревность, ревность… ) и, желая продемонстрировать бею превосходство француженок, пригласила придворных дам потанцевать с нею перед ним. Они исполнили кадриль, которую сменил менуэт. Прекрасные, обольстительные женщины танцевали перед послом в обстановке поистине волшебной: среди персидских ковров, в неге полумрака : освещение салона еще увеличивало удовольствие . Люстры никогда не зажигались. Горели только огромные масляные лампы под большими серебряными абажурами, стоящие внизу, на коврах. Слабый запах фимиамов и пряностей плавал по всем комнатам. И прекраснейшие из женщин французского двора, в изысканных туалетах и сверкании драгоценных камней грациозно плели фигуры танца под нежные звуки скрипок. Каждая желала привлечь внимание мужчины, сидящего на подушках на возвышении и курящего кальян. Риза-бей, казалось, оценил изящество исполнительниц, но при этом не спускал глаз с маленькой графини.


Как-то в прекрасный солнечный день Риза-бей предложил придворным дамам, своим подругам, восточный пикник.
Дамы сразу же согласились. Ведь речь шла всего лишь о прогулке по Елисейским полям.
Наш герой, облачившись в роскошные одежды (он менял их каждый день), для такого случая выбрал самую горячую лошадь из сорока отборных животных, содержавшихся в больших и малых конюшнях Версаля и предоставляемых каждый день в его распоряжение. С персидским флагом впереди, в сопровождении других великолепных всадников, лошади которых были украшены восточной упряжью, он гарцевал по Парижу, а следом ехали в каретах его поклонницы.
Чтобы развеселить и удивить парижан, Риза-бей проделал перед их глазами особенно замысловатый трюк на лошади, чем привел зрителей в восторг. Толпа стала уже шумной и возбужденной, когда, проехав всю улицу Елисейских полей, Риза-бей, обернувшись к одному из слуг, поручил ему попросить дам выйти из карет.
Слуги расстелили длинный ковер на траве, и дамы расселись полукругом перед беем, который был счастлив их принять если не в волшебных персидских садах , то в созданном им подобии


Горки из розовых лепестков появились перед каждой гостьей, а самая большая перед Риза-беем, который черпал лепестки двумя руками и тер их друг о друга, шелковистые и душистые, иногда поднося их к носу. Дамы шаловливо подбрасывали лепестки в воздух, и вскоре их прически, обнаженные плечи и платья были покрыты ими, как украшениями. Воздух наполнился ароматом роз….
Участники пикника были окружены верховой стражей (состоявшей из слуг Риза-бея), в задачи которой входило сдерживать толпу любопытных. Парижане никогда не видели ничего подобного. Они хотели увидеть еще больше, поэтому, когда заиграли скрипки, началась толкотня и давка - каждый хотел протиснуться поближе. Аромат роз и экзотических сладостей был таким дурманящим…Блеск драгоценностей и красота дам привлекали взгляды…
То есть, красота дам в глазах жителей Парижа все-таки не могла сравниться с сиянием драгоценных камней, золота и серебра. Увы….
Несколько стоявших впереди уличных мальчишек пробрались под ногами лошадей, и как только они оказались внутри ограды, нужно было что-то натворить — и они начали все расшвыривать, опрокидывать самовары, разбрасывать ногами кучи розовых лепестков и, в конце концов, затеяли драку со слугами.
Дамы закричали от страха. Вскочив на ноги и одновременно обнажив саблю, Риза-бей издал свое знаменитое рычание и, пылая от гнева, ударил одного из мушкетеров, целый эскадрон которых примчался по тревоге для наведения порядка.
Этим мушкетером был молодой граф де Аи. Дело принимало дурной оборот. Потасовка вскоре стала общей, и надо было скорее отобрать саблю у Риза-бея, чтобы избежать «тысячи несчастий». Наконец, саблю удалось вырвать из рук перса.
«Сжальтесь! Сжальтесь!» — взывала Аделаида Леспине, закрыв лицо руками. Ее подруги попытались убежать, но не смогли пробиться к каретам, В довершение всего они попали в руки мошенников, появившихся неизвестно откуда и обиравших до нитки всех, кто попадался им на пути. Наши дамы сами отдали им свои кошельки во избежание худшего. Но больше всех пострадал от грабежа бедный посол. Почти все серебряные тарелки, украшенные чеканкой, тонкие фарфоровые чашки и филигранные кубки, минуту назад покрывавшие ковер, исчезли, как по волшебству.
По счастью, был только один тяжело раненный. Срочно вызванный хирург сумел тотчас же вернуть его к жизни. Это был королевский мушкетер, которого ударил саблей Риза-бей. Дело было нешуточное. Начальник протокола должен был вступить в переговоры с месье д'Артаньяном, капитанов мушкетеров, чтобы замять эту историю.
Происшедшее охладило экстравагантного посла. Он не совершал больше никаких неуместных прогулок. Затем он прекратил свои приемы, его салон был открыт только для нескольких дам, в число которых входила маленькая графиня де Леспине, которая по-прежнему являлась всегда в сопровождении своей матери.
Казалось, к тому же, что мать в такой же степени покорена, как и дочь, в границах приличий, конечно.
Tags: Риза-бей
Subscribe

  • Карен Таривердиев: он смотрел в огонь

    А ведь о нём почти никто ничего не слышал. Он-сын выдающегося советского композитора Микаэла Таривердиева.. Казалось бы, его жизненный путь ясен.…

  • (no subject)

    Анна Долгарева 9 мая И приходят они из желтого невыносимого света, Открывают тушенку, стол застилают газетой, Пьют они под свечами каштанов,…

  • Его-то за що?

    Уже который год беглый перец одной песни про убийцу лодочника наслаждается американской медициной. Он свободен и крылат ( фраза была в одной из…

Buy for 200 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments