?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Еще раз о музее мумий

Все мои друзья были шокированы постом о музее мумий.

Альбом: альбом

Я , все-таки, заинтересовалась этой темой и вот что нашла - книгу французского историка Филиппа Арьеса "Человек перед лицом смерти", откуда и привожу длинную, но интересную цитату.
«Зачастую в странах Средиземноморья, где, как мы помним, тело умершего принято было выставлять на всеобщее обозрение с открытым лицом, считали нужным сохранять и показывать трупы, достигшие состояния мумий. В нашем распоряжении есть рассказы различных авторов о посещении ими крипт или погребальных галерей, где можно было видеть в XVII—XVIII вв. мумифицированные тела мужчин и женщин. Особой популярностью пользовалась техника сохранения трупов, практиковавшаяся отцами-кордельерами. Они сначала хоронили покойников в земле, обладавшей свойством быстро «пожирать плоть», затем останки выставляли на вольный воздух, чаще всего на колокольне, дабы они хорошо просохли, утратили неприятный запах и могли дальше веками сохраняться в виде мумий; после этого их сносили в места с хорошей вентиляцией, где располагали в самых разных позах, стоя или лежа, с соответствующими надписями на стенах. Эта экспозиция костей и мумий с самого начала рассматривалась как поучительное зрелище, привлекая множество посетителей.

Несколько кладбищ такого рода можно видеть еще сегодня. Одно из самых известных — в Риме в подземелье церкви капуцинов близ Палаццо Барберини. Здесь выставлены стоящие мумии, подобные тем, какие госпожа Дю Нуайе созерцала в начале XVIII в. в церкви кордельеров в Тулузе. Это монахи, умершие «в благовонии святости», но также миряне, примыкавшие как терциарии к францисканскому ордену и имевшие привилегию быть похороненными в монашеском одеянии, подпоясанные веревкой. В Палермо, также при церкви капуцинов, есть другое известное кладбище мумий. Там мы видим мирян в обычных костюмах. Возникло это кладбище не ранее конца XV в., и вплоть до 1881 г. сюда ходили семьями навещать своих усопших родственников...
Мумии можно было видеть в то время не только на кладбищах, но и в алтарях. Мощи святых — это уже не кости, сложенные в драгоценную скринию (сосуд), а настоящие мумии, одетые, как живые, и выставленные на всеобщее обозрение, наподобие восковых или деревянных статуи умерших на катафалке. Такие мумии святых, покоящиеся в стеклянных реликвариях, можно встретить во многих итальянских церквах, особенно в Риме. Они лежат на спине или на боку, облаченные в длинные одеяния, причем видимая часть скелета нередко обтянута тонкой сеткой, удерживающей кости вместе.
Там же, в Риме, семейство Дориа хранило мумию даже у себя дома, в маленькой частной часовне своего дворца. Я не уверен, что многие из наших современников согласились бы держать мумию своего родственника в собственном доме, да еще в соседней комнате. Но, как мы увидим в дальнейшем, развитие чувствительности в это время сделало более тяжелой и непереносимой для живых смерть тех, кого они любили, и вызвало настоящий, подчас маниакальный культ памяти об усопшем. Вкус к мумиям, уже отмеченный нами выше, привел тогда и к желанию многих хранить тело дорогого умершего в непосредственной близости от себя.
Искушение было давним: проявление его мы находим уже в конце XVI века, хотя и не в реальной жизни, а в театре. В трагедии поэта елизаветинской эпохи Кристофера Марло главный герой, Тамерлан, хранит у себя забальзамированное тело своей возлюбленной Зенократы. Римское братство «делла Орацьоне э делла Морте» — «молитвы и смерти», — в церкви которого подземелье было также богато декорировано костями и черепами, ежегодно устраивало «живые картины», позднее запечатленные на гравюрах. Одна из этих картин представляла чистилище, причем постановщик использовал в мизансцене настоящие трупы.
В XVIII веке обычай держать мертвое тело вблизи себя перешел с театральных подмостков в повседневную городскую жизнь. Разумеется, такие случаи были редки, но не составляли абсолютного исключения. Так, в 1775 году Мартин ван Батчелл не пожелал расстаться с телом умершей жены и держал его в доме до тех пор, пока его вторая жена не положила этому конец. После этого мумия была передана в лондонский Роял колледж оф сёдженз, где и находилась вплоть до бомбардировок Лондона в 1940 году.
Другая история связана с именами Жака Неккера, министра финансов Людовика XVI, и его жены Сюзанн Кюршо — родителей знаменитой писательницы баронессы Жермен де Сталь. Госпожа Неккер испытывала панический страх быть похороненной заживо и надеялась, что и после смерти сохранит контакт со своим мужем. «Сделай точно так, — пишет она ему, — как я сказала. Быть может, душа моя будет блуждать вокруг тебя... Быть может, я смогу наслаждаться твоей точностью в исполнении желаний той, которая так тебя любит». Вот каковы были ее инструкции: построить мавзолей для нее и ее супруга в их владениях на берегу Женевского озера и сохранять тела обоих в ванне со спиртом. Первоначально Жак Неккер в течение трех месяцев хранил тело жены у себя дома погруженным в спирт, «как эмбрион». Сама госпожа де Сталь позднее вспоминала о необычных распоряжениях своей матери, приказавшей сохранять ее тело в винном спирте, под стеклом, дабы ее безутешный муж проводил остаток своих дней в созерцании ее былой красоты. 28 июля 1804 года семейная усыпальница близ Женевы вновь была отворена, чтобы поместить туда гроб госпожи де Сталь. «В бассейне черного мрамора, еще наполовину наполненном спиртом, под широким красным покровом были распростерты тела Неккера и его жены. Лицо Неккера было в прекрасной сохранности, голова же госпожи Неккер провалилась и была скрыта покровом».


Уже в наши дни, в октябре 1947 года, можно было прочесть в газете «Парисуар» такую историю: 21 мая 1927 года в Париже умер в возрасте 70 лет, не оставив потомства, маркиз Морис д'Юрр д'Обэ, завещавший все свое огромное состояние Французскому государству, но на странных условиях. В завещании он изложил свою последнюю волю: быть после смерти посаженным в кресло внутри стеклянного шкафа, кото¬рый должен был быть установлен лицом к морю в публичном месте, постоянно освещенном и охраняемом, вблизи маяка и телеграфной станции. В действительности же не видимая всем мумия маркиза, а только его гроб был помещен в одной из комнат его замка, превращенной в нечто вроде постоянно действующей часовни. Подобное желание было не чуждо и таким просвещенным людям, как философ Джереми Бентам, умерший в 1832 году и завещавший, чтобы его забальзамированное тело сохранялось в основанном им Лондонском университете, где , всякий мог бы его видеть и при случае даже обратиться к нему с вопросом.
Это дела далекие по времени и пространству от нас. Приведем пусть анекдотичный, но не воспринимавшийся как нечто из ряда вон выходящее — как кощунство, ересь и т.д. — эпизод из прибалтийской жизни XIX века.
Есть в Таллинне (прежде Ревеле, еще преж¬де, по-русски, городе Колывань) церковь святого Николая. По-эстонски — Нигулисте. Для всех христиан святой Николай — покровитель моря¬ков и купцов. На самом деле гораздо больше: свой, народный заступник. Так вот в соборе Нигулисте, ни много ни мало XIII века построй¬ки, в просвещенном XIX веке — в «европейском» по самоопределению городе Ревеле-Таллинне — был выставлен покойник.


В черном бархатном камзоле, в кружевах, парике, шелковых чулка Вся заслуга Карла-Евгения де Круа, герцога королевской крови, заключалась в том, что с 1702 года он пролежал в подвале церкви Нигулисте нетленно. А что он вообще в подвале делал? История простая. Де Круа ничем, кроме пьянства и разврата, не прославился. Но герцог был человек бедный, жить-то на что-то надо, и он служил — государям Дании, Австрии, Польши, России. Имел в соответствии с королевской кровью чин фельдмаршала, никогда ни одной битвы не выиграл, попал в плен и был освобожден под честное слово больше не воевать. И под такое же честное слово умер в безделье и огромных долгах. Вот тут наступает нечто весьма интересное в области юстиции по части покойников. По праву, принятому в городах, входивших в международное коммерческое сообщество Ганза (Любекскому праву), должника можно было «задержать на земле». Что и было сделано. Но у славного де Круа родственники оказались очень стеснительными и не объявились для оплаты его долгов. Так он и лежал в подвале церкви Нигулисте. В 1822 году «нетленные мощи» обнаружили, удивились и выставили на всеобщее обозрение. Тут же в храме. Церковный сторож специально держал кошку, чтобы не давала мышам есть мумию, посмотреть на которую стекались ревельцы и приезжие. Доходное оказалось дело.
Основная версия, почему тело мумифицировалось, была такая: герцог де Круа пил больше, чем другие могли выпить, и славно заспиртовался. Только в 1897 году — под давлением имперских православных властей — «мощи» проходимца королевской крови были устроены в гроб и положены в склеп.

Tags:

Поиск по блогу
Яндекс
Buy for 200 tokens
Buy promo for minimal price.

Profile

молоко
mysea
my_sea

Latest Month

August 2019
S M T W T F S
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031

Tags

Powered by LiveJournal.com