my_sea (mysea) wrote,
my_sea
mysea

Categories:



Лев Николаевич Толстой, конечно, та еще глыба и матерый человечище. Как писал Венедикт Ерофеев, если у Бога 10 заповедей, то у Толстого что ни слово, то заповедь. Всё было у Льва Николаевича, только вот неведомы ему были любовь и сострадание. То есть, на словах ведомо, а вот в жизни сие не проявлялось никак. Все страдания ближних были для него не более, чем поводом внимательно рассмотреть, что чувствует Лев Николаевич по тому или иному поводу.

Умирает маленькая дочка самого преданного и близкого последователя Черткова. Что это вы так убиваетесь? - пишет Толстой.- Нечего тут страдать. Какие-то вы глупые. Я вот, Толстой Лев Николаевич, с сыном поругался, и ничего, не плачу.

«Сейчас получил вашу телеграмму, дорогие друзья, и хочу и не могу не страдать за вас, особенно за вас, милая, дорогая Галя.

Нынче только думал о том, как переносить то, что называется и что отражается в наших душах горем. У меня было огорченье, духовное, но вам не нужно говорить, что духовное горе событие, не менее, но более событие, чем матерьяльное. – Ну что больше событие: что у меня сгорел дом, умер любимый человек, или я узнал, что любимый мною человек был обманщиком и не был тем, за что я любил его?

Такого рода событие было со мною – чтоб вас не интриговало что? – скажу: это было тяжелое столкновение с сыном Лёвой, показавшее мне его похожим на Сергея, или по крайней мере показавшее, что отношения с ним могут быть такие же, как с Сергеем. Это было мое горе. И я много думал о нем и о горе вообще».

.
Умирает четырехлетняя дочь Алексеева, бывшего домашнего учителя в семье Толстых. Он страдает. Дурак какой-то. Неправильно любит. Зачем-то любит дочь, а надо любить всех. Главное, Лев Николаевич вынес из этой смерти новую пользу для себя

«Дорогой друг, Василий Иванович. Мне очень больно за вас, но милый друг, не сердитесь на меня, не о том болею, что вы потеряли дочь, а о том, что ваша любовная душа сошлась вся на такой маленькой, незаконной по своей исключительности, любви. Любить Бога и ближнего, не любя никого определенно и всей силою души, есть обман, но еще больший обман – любить одно существо более чем Бога и ближнего… Любишь их и детей в том числе, потому что они работники того дела, которое составляет мою жизнь и работники лучшие, чем я, испорченный соблазнами и загрязненный жизнью. Вот так отчасти и вы любили Надю, но почему она у вас одна? Если бы вы любили всех тех близких вам за то, что они будущие лучшие работники дела Божия, вы бы не чувствовали так. Я вас очень люблю, Василий Иванович, люблю за вашу доброту, благодарен вам за то, что вы помогли мне в освобождении от тех соблазнов, которые связывали меня. Но последнее время мне кажется, что вы запустили свою душу и она стала зарастать терниями».


Алексеев после такой отповеди тяжело заболел и много месяцев не мог прийти в себя.

Да ладно последовали, но когда свой то ребенок умирает, может проймет матерого человечищу? Нет.

«То, что оставило тело Алеши, оставило и не то, что соединилось с Богом. Мы не можем знать, соединилось ли, а осталось то, чем оно было, без прежнего соединения с Алешей. Да и то не так. Об этом говорить нельзя. – Я знаю только, что смерть ребенка, казавшаяся мне прежде непонятной и жестокой, мне теперь кажется и разумной, и благой…»

В общем, смерть ребенка - явление душеполезное и благое, а кто , дурак, страдает из-за этого, тот нарушает заповеди гуру - человечища.

Разве удивительно, что все, кто был рядом с Толстым, были глубоко несчастны?

Tags: литература
Subscribe
Buy for 200 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 27 comments