August 21st, 2016

Buy for 200 tokens
Buy promo for minimal price.

Голос демонов

Недавно сколь небезызвестный, столь и радикальный российский философ Александр Дугин выпустил новый фундаментальный труд «Поп-культура и знаки времени». Иначе как скандальными тексты, посвященные отечественному шоу-бизнесу, не назовешь. Александр Гелиевич, словно играючи, препарирует смысловую подоплеку популярных шлягеров, обнаруживает в кажущихся пустяковыми песенках бездны разрушительного содержания. Наш корреспондент решила выяснить, с чего бы философ вдруг решил заняться «эстрадными пустяками».



"Вечерняя Москва": Александр Гелиевич, после того как я прочитала вашу книгу, у меня сложилось впечатление, что вы подшучиваете, даже издеваетесь над читателями. Среднестатистический «потребитель» попсы не будет задумываться над содержанием песенки «Муси-пуси». А вы задумываетесь, да еще и находите в ней глубинные смыслы!

Александр Дугин: Комический эффект возникает не потому, что я хотел над кем-то посмеяться. Дело в том, что человек, погруженный в поток банального и мелкого, сам мельчает до такой степени, что переходит из состояния человека в состояние получеловека, некоего призрака, сам становится элементом бессмысленного эстрадного куплета. И вот эта утрата человеком своего метафизического значения, своего достоинства – трагическая вещь. У французского философа Рене Генона есть книга, которая называется «Царство количества и знаки времени», где он описывает нашу цивилизацию как предапокалиптическую.

Collapse )
Я думаю, что никакой Пугачевой уже не существует, это некий собирательный образ коллективного стареющего советского подсознания. Образ, живущий искусственными медийными ухищрениями.

"Вечерняя Москва": Вы считаете, что телевидение создает свою реальность – показывает то, что хочет, и не показывает того, чего не хочет. Дай вам волю, что бы вы «исключили» из телевидения?

Александр Дугин: Все! Я считаю, что людей, которые делают наше телевидение, надо казнить. Они виноваты в преступлении над реальностью. Они, конечно, могут найти себе оправдание, но это дело суда. Надо создать телевидение, которое будет работать над идентичностью народа, которое должно задавать серьезные вопросы и обсуждать их, которое должно образовывать людей, а не разлагать их и сталкивать в помойную яму. Телевидение может быть инструментом подъема человека из состояния опустившегося ублюдка, в котором он пребывает сегодня, в состояние человеческого достоинства, а это без веры, патриотизма, усилий и знаний невозможно. Я думаю, что большинство людей, работающих на нашем телевидении, участвуют в преступлении, вколачивая в человеческое сознание абсолютно разлагающие архетипы. Я считаю, что над этими людьми надо устроить Нюрнбергский процесс.

"Вечерняя Москва": Телекритики сходятся во мнении, что наиболее разлагающим элементом нашего ТВ является Петросян.

Александр Дугин: Я считаю, что пока он жив, у нас вообще ничего в стране не будет. Это пик издевательства. Вы знаете, что уже церковь Петросяна создана? Это уже то состояние человеческого падения, которое даже Пугачевыми не измеряется. В категориях умопомешательства один Петросян, как один вольт или ватт, которые тоже были названы фамилиями разных людей, равен 100 Пугачевым и 50 Антоновым. Человек, который его смотрит, подписывает стране смертный приговор – ускоряет ее вырождение. Я думаю, речь идет о каком-то эксперименте – кто вколотит самую глупую и самую несмешную шутку, тот получит приз в виде «мерседеса». Конечно, чудовищнее Петросяна разве что эта особа в кожаных штанах с совершенно безумным взглядом. Тут уже Катя Лель отдыхает.

"Вечерняя Москва": При всем при этом, согласитесь, мы стали жить красивее. Как вы расшифруете распространенное нынче понятие «гламур»?

Александр Дугин: Мы стали жить уродливее. Мы превращаемся в уродов, в косых, кривых, в безжизненных, но покрыты эти уроды, как китайские фрукты, блестящей коркой – это и есть гламур. Задача гламура – освободить человека от того, что связывает его со средой, что делает его индивидуальным, особенным, реальным, живым. Гламур все превращает из естественного в искусственное. Я не уверен, что мы стали жить красиво. Современные люди просто меняют свое качество – переходят из реальности в виртуальность, из красоты – в гламур. Я бы рассматривал гламур как антитезу красоты. Гламур – это концентрированная смерть.

Досье "Вечерней Москвы": Александр Дугин родился 7 января 1962 года в Москве. Философ, публицист, основатель идейного течения «неоевразийство», основоположник современной российской школы геополитики. С 2001 года лидер общероссийского общественно-политического движения «Евразия». Автор книг «Пути абсолюта», «Конспирология», «Тамплиеры пролетариата», «Мистерии Евразии» и др. Владеет девятью иностранными языками. Женат, двое детей.

Беседовала Светлана Федотова
Илл.: Алексей Макаренко
"Вечерняя Москва" #14 (24305)
Тося

Веганов и вегетарианцев хотят сажать в тюрьму на 4 года

Ничего не могу сказать: после вегетарианства трудно, очень трудно снова съесть хоть кусочек мяса. Испытала на собственном опыте

В Италии разрабатывается новый законопроект, согласно которому родители, “исповедующие” образ жизни без мяса и подсаживающие на такую диету своих детей, рискуют загреметь за решетку. Как минимум на четыре года.

Поводом для создания столь радикального законопроекта стала история, которая случилась в прошлом месяце в Милане. Тогда местной полиции пришлось чуть ли не силой отнимать 14-месячного ребенка у его собственных родителей.



Collapse )
молоко

Вложите шашки в ножны, друзья



Николай Николаевич Туроверов (30 марта 1899, Старочеркасская, Российская империя — 23 сентября 1972, Париж, Франция) — донской казак, казачий поэт «первой волны» эмиграции.

ТОВАРИЩ

Перегорит костер и перетлеет,
Земле нужна холодная зола.
Уже никто напомнить не посмеет
О страшных днях бессмысленного зла.

Нет, не мученьями, страданьями и кровью –
Утратою горчайшей из утрат –
Мы расплатились братскою любовью
С тобой, с тобой, мой незнакомый брат.

С тобой, мой враг, под кличкою "товарищ",
Встречались мы, наверное, не раз.
Меня Господь спасал среди пожарищ,
Да и тебя Господь не там ли спас?

Обоих нас блюла рука Господня,
Когда, почуяв смертную тоску,
Я, весь в крови, ронял свои поводья,
А ты, в крови, склонялся на луку.

Тогда с тобой мы что-то проглядели,
Смотри, чтоб нам опять не проглядеть:
Не для того ль мы оба уцелели,
Чтоб вместе за Отчизну умереть?

Эти стихи о том, что мне особенно близко. Красные и белые - все наши. Наша кровь, которую безжалостно отдавали и проливали все участники Гражданской войны.
С ужасом вижу, что война продолжается,слышу, как свищут, пока в сети, шашки. Свет, зажженный Белой армией, светит всё ярче, свет, зажженный красными, не погасили, он пылает всё горячей. Они горят, призывая верных под свои знамена. Только - больше никогда. Мы не должны убивать друг друга.Закопанные заживо коммунисты - такие же наши, как зверски убитые белые. Все жертвы должны научить нас одному: мы - одна кровь. Её нужно беречь. У России слишком много врагов, достаточно для того, чтобы , как писал Туроверов , "вместе за Отчизну умереть". Итак, вместе, только вместе вперед, друзья